мой livejournal.com
Википедия - моя страница
письмо автору сайта
поиск по сайту
Пользователям Сети впору скинуться на изготовление плакатов-баннеров с общим текстом "... – руки прочь!" и учредить ежегодный День защиты Интернета.
Попытки поставить Интернет под государственный контроль в той или иной форме предпринимаются уже около десяти лет. В 1998 году появился проект закона об Интернете. На парламентских слушаниях (была такая форма общения депутатов с общественностью) независимые эксперты в пух и прах разнесли предложение госчиновников, а известный юрист Михаил Якушев даже предложил "альтернативный" законопроект, ничем не ограничивавший сетевое сообщество, и сопроводил его словами: "Если уж вам что-нибудь нужно принять о регулировании Интернета, примите это!" Тогда законопроект так и не дошел до рассмотрения в нижней палате парламента. Но в 2002 году в процессе разработки законодательства об экстремизме из недр то ли Правительства, то ли Государственной Думы, как мина Второй мировой войны, всплыла статья об Интернете. Предлагалось ввести ответственность провайдеров за материалы их клиентов. Это вызвало такой взрыв негодования онлайновой общественности, что уже ко второму чтению "интернетовская" статья закона превратилась в ничего не значащую отсылочную фразу. (Мол, мы так – пошутили немножко). Позже московский градоначальник Юрий Лужков и сенатор Людмила Нарусова с небольшим перерывом выступили с призывами "навести порядок в Интернете". Можно привести еще немало похожих примеров.
А на прошлой неделе старые кошмары российского Интернета снова дали о себе знать. Генеральный прокурор Юрий Чайка выразил озабоченность тем, что экстремистские материалы (оказывается) вовсю гуляют по Интернету, и сходу предложил наказывать за это безобразие не только виновников-распространителей, но и провайдеров. Не какими-то штрафами, а жестко, по Уголовному кодексу.
Действительно, подумал я, подавив нервный тик, что с ними, экстремистами, нянчиться? Прокурорскими предупреждениями много бинладенов не наловишь. Поэтому стрелять лучше сразу на поражение. А еще лучше – наказывать и того, кто мерзавцу доступ к Интернету предоставил. И тех, кто ему позволял отправлять электронную почту. И тех, кто зарегистрировал для него доменное имя. И все этих, которые передавали IP-пакеты с экстремистскими байтами. И того, кому принадлежат каналы доступа, по которым эти IP-пакеты пересылались. Всех их надо наказать "вплоть до ликвидации"! Тут Юрий Чайка, прочитав мои суматошные мысли, вставил фразу: суд должен иметь возможность признать материалы экстремистскими, если они "изданы на территории других государств". И как правильно завернул! Чтоб земля у них, гадов, под ногами горела, хоть в России, хоть в Европе, хоть в далеком банановом Гондурасе!
Но поскольку на этом сайте читатель, вероятно, ждет не сарказмов, а правозащитный взгляд на проблему, давайте представим себе, что генеральный прокурор произнес все это вполне серьезно.
Первое, что необходимо пояснить: Интернет – не забавная игрушка в руках подростков, не покемон какой-нибудь. Это огромная саморегулируемая информационная среда, которая для тысяч людей стала местом их виртуальной жизни, а для миллионов – ценным инструментом в работе и увлекательным способом занять себя в свободное время. Хочет того или нет российский генеральный прокурор, но у Интернета есть свои традиции, которые пристало уважать. Думаю, в театре Чайка (если он ходит в театр) выключает мобильный телефон, ибо таковы театральные порядки. Есть свои правила и в Интернете. Прежде, чем делать заявления о необходимости сломать существующие традиции и "навести порядок", нужно хотя бы посоветоваться с теми, кто эти традиции создавал и следил за порядком в течение многих лет. А не оглашать свой, скажем так, экстремистский (по отношению к нынешнему Интернету) тезис на "Правительственном часе" в Госдуме.
За распространение призывов "к топору" и вообще противозаконную деятельность, конечно, нужно наказывать. В этом смысле Интернет вряд ли можно считать неприкосновенной зоной, свободной от законодательных ограничений. И в самом деле – российское законодательство может быть применено и к Интернету. Так, уже сложилась практика привлечения к суду по искам о защите чести и достоинства по фактам публикаций в Интернете. Известны судебные процессы по 282-й статье Уголовного кодекса (распространение экстремистских материалов), где предметом внимания становилась информация, выложенная в сети. Но, применяя нормы нынешнего законодательства, инициируя уголовные дела, необходимо учитывать, с какой средой вы имеете дело, уважаемые правоохранители!
В Интернете – тысячи и тысячи открытых онлайновых площадок. Порядки, царящие там, разнообразны и далеко не всегда соответствуют принятым "в офлайновом мире" представлениям о том, что такое хорошо и что такое плохо. Что такое, к примеру, блог – сетевой дневник в "Живом журнале"? Аналогов ему за пределами Интернета нет. Блоги могут быть наполнены чем угодно, на то они и авторские. При этом содержание блога доступно любому читателю. Естественно, это сильно контрастирует с российской офлайновой действительностью, с "причесанными" телеканалами, лояльными газетами, с пропагандой под маской аналитических программ и с политологами, которые прикидываются выразителями народных чаяний. Современный молодой человек имеет единственное реальное средство для выражения собственных мыслей: Интернет. Это надо иметь ввиду, рассматривая конфликты в сетевой среде, и не ударятся в крайности. Иначе, при формальном подходе, репрессиям можно подвергнуть десятки тысяч людей – особенно учитывая расплывчатое законодательство об экстремизме.
Вот, к примеру, дело 31-летнего краснодарского Интернет-пользователя Александра Тютчева, писавшего под никами "Гражданский" и "Marauder". Тусовался человек на Интернет-форуме kuban.ru, где собиралась публика, свободная в разговорах и острая на язык. Изображал из себя едва ли не соратника Шамиля Басаева, воспевал ислам и выдавал всякие, скажем так, неординарные реплики. (Все – по словам участников форума, так как архивы kuban.ru были потерты хозяином сайта). Как установило следствие, на Кавказе Marauder не воевал, Басаеву патроны не подносил, а только что на форуме самовыражался. Авторства своего Тютчев на следствии не отрицал, но настаивал, что все это, мол, делалось для поддержания беседы. И вот этой беседы оказалось достаточно, чтобы привлечь Тютчева к уголовной ответственности по 282-й статье УК.
А ведь таких людей, выступающих на форумах, в гостевых книгах, блогах, чатах с оскорбительными и даже провокационными репликами – огромное множество. Чаще всего за этими репликами не стоит ничего серьезного. Даже непрофессионалу ясно: не станет террорист тратить часы на форумную болтовню, на споры с виртуальными оппонентами. За Marauder'ом и ему подобными нет никакой экстремистской организации или мало-мальски мотивированной группы, а их влияние на умы пользователей Интернета ничтожно. Все, что движет такими людьми – желание самовыражения, чтобы услышали, чтобы обратили внимание. Сетевое сообщество давно выработало свои способы саморегулирования, борьбы с теми, кто нарушает правила. Такого человека могут просто лишить доступа к дискуссиям. В подавляющем большинстве случаев этого вполне достаточно. Поэтому когда правоохранители Кубани накинулись на Marauder'а, даже некоторые убежденные противники последнего выступили в защиту своего недруга: мол, выпороть-то его было за что, но уголовная статья – это чересчур!
Идея возложить ответственность за публикуемые материалы на провайдеров – чрезвычайно спорная (и это еще мягко сказано). Поясним на простом примере.
Допустим, существует сайт Miramax, а на нем – открытый форум. И допустим, что человек с ником (псевдонимом) KillBill публикует на форуме призыв убить некоего Билла с указанием домашнего адреса последнего. Интерес правоохранительных органов к этому случаю вполне оправдан. Однако привлечь автора угроз к ответственности нелегко: ведь KillBill – не реальное имя, а вымышленное. При желании можно узнать сетевой адрес (IP-адрес) и выяснить, какой провайдер предоставил доступ пользователю KillBill. Здесь защитникам правопорядка понадобится сотрудничество с владельцем форума Miramax. Получив адрес, правоохранители могут (через провайдера доступа) узнать, кто именно из пользователей в данный момент заходил в сеть. Возможно, ради этого придется поднять договор между пользователем и провайдером доступа. Установив личность, необходимо задержать человека, с которым заключен договор. Вся процедура выглядит немного сложной, но в целом она достаточно ясна.
Представим себе, что KillBill достаточно умен и знает о грозящей ему ловушке. Тогда он воспользуется одним из открытых прокси-серверов (это сайты, которые позволяют скрыть реальный IP-адрес). Теперь найти KillBill описанным способом (по "следам" в Интернете) не представляется возможным.
А вот если законодательно возложить ответственность на провайдеров, то в нашей ситуации отвечать придется владельцу форума Miramax (неважно, найдут автора угроз или нет). И неважно, что владелец форума мог не знать о наличии на форуме его сайта призывов к убийству. Главное, что преследовать Miramax оказывается гораздо проще, чем анонимного KillBill'а.
Такой поворот событий привел бы к ликвидации многих открытых онлайновых площадок. Экспресс-опрос наших коллег из некоммерческих организаций показал, что люди, в целом, склонны скорее пожертвовать форумом или гостевой книгой, чем осуществлять ежедневное премодерирование сообщений и подвергать себя риску привлечения к ответственности.
Может быть, скажет милосердный читатель, мы обсуждаем всего-навсего не слишком продуманное заявление генерального прокурора? Ну, погорячился человек, не то хотел сказать, ошибся, журналисты исказили смысл...
Так ли?
В 2006 году начался и закончился яркий "интернетовский" процесс Росохранкультуры против алтайского информационного агентства "Банкфакс", имеющего репутацию либерального. Претензии надзорного органа сводились к тому, что некто Bratka опубликовал в комментарии на сайте "Банкфакс" фразы, которые можно было трактовать как разжигающие межнациональную рознь. (Комментарий позже был удален). Росохранкультура пошла простым путем и обвинила "Банкфакс" в распространении экстремистских материалов. Мол, то, что опубликовано на сайте "Банкфакса" – это его информация, а стало быть, именно "Банкфакс" несет ответственность. Чиновники заняли максимально жесткую позицию и потребовали закрыть агентство. Однако они полностью проиграли – сначала в краевом, а потом и в Верховном судах.
Предложения генерального прокурора направлены на то, чтобы таких проколов больше не случалось, а владельцы сайтов отвечали по всей строгости закона за каждую строчку, опубликованную, в том числе, на их форумах и в гостевых книгах. В том числе – анонимные комментарии. В том числе – если сайт расположен за рубежом. Именно этот "зарубежный фактор" является спорным местом в деле Тараса Зеленяка – новосибирского пользователя Интернета, которого обвиняют в публикации экстремистских материалов на украинском форуме (дело, похожее на историю с кубанским Marauder'ом).
В этой связи любопытно прочесть комментарий главного редактора "Банкфакса" Валерия Савинкова, где автор говорит о предполагаемой связи между этим нашумевшим уголовным делом и... Генпрокуратурой.
Впрочем, прокуратура не одинока. В тот же день и в том же "Парламентском часе", продолжая мысль Юрия Чайки, министр внутренних дел Рашид Нургалиев предложил отнести Интернет к средствам массовой информации.
Сделать из Интернета СМИ чиновники пытаются не первый раз. Возможно, это самый древний из всех видов государственных "наездов" на сетевую среду. Мне он напоминает волынку, которая хранится в чулане. В один прекрасный день хозяин думает, чем бы ему занять себя, и тут на глаза попадается волынка. "Какая прелестная вещь! – восклицает он. – Помузицирую-ка я немного". Через некоторое время соседи начинают исступленно долбить в стены, незадачливый музыкант со вздохом относит волынку обратно в чулан и переключается на что-нибудь более жизненное (в нашем случае, например, на борьбу с грузинскими мигрантами).
Механическое применение норм закона "О средствах массовой информации" к Интернету не сулит ничего хорошего. Поэтому попытки приравнять Интернет к СМИ каждый раз встречали решительный отпор онлайнового сообщества. Можно было бы и этот момент списать на очередной порыв служебного рвения или неправильную журналистскую интерпретацию. Но в начале 2006 года в Санкт-Петербурге в деле Александра Втулкина суд принял решение о том, что онлайновый форум – это СМИ. Примерно в то же время депутат Госдумы Павел Крашенинников обнародовал свои поправки в Уголовный кодекс, Кодекс об административных правонарушениях и печально известный закон "О противодействии экстремистской деятельности". В частности, речь шла о том, чтобы Интернет упоминался в 282-й статье УК наряду со СМИ.
И, наконец, последний по времени случай – интересное дело хакасского журналиста Михаила Афанасьева и его Интернет-сайта "Новый фокус". С подачи абаканской прокуратуры участковый уполномоченный зафиксировал административное правонарушение, которое заключалось в том, что веб-сайт "Новый фокус" не зарегистрирован как СМИ. Хотя, по мнению прокуратуры, таковым является. Пикантность ситуации придает то, что Михаил Афанасьев – лауреат премии имени Сахарова "За журналистику как поступок" известный либерально настроенный журналист, автор многих критических публикаций о властях, ведет давние тяжбы с правоохранительными органами. И вот теперь в судебном порядке ему предстоит отстаивать то, что его сайт на самом деле – обычный сайт, как тысячи других, но никак не СМИ в соответствии с российским законодательством.
"Однако проблема не только в недостатках законодательства, – уверяет нас генеральный прокурор. – Любой принятый закон должен исполняться. Истина всем известная, но актуальность от этого не теряющая".
Вот поистине золотые слова! Только почему же так избирательно? "Банкфакс" таскают по судам из-за форумной анонимки, хакасского журналиста грозятся оштрафовать за сам факт существования у него веб-сайта, обществу "Мемориал" выносят прокурорское предупреждение за публикацию даже не экстремистских материалов, а экспертного мнения об этих материалах, незадачливых форумных тусовщиков бьют уголовной статьей за самый обычный треп. Когда же правозащитники обращаются в Генпрокуратуру с просьбой разобраться с опубликованным в Интернете "списком врагов русского народа" (недвусмысленное указание на то, что "вот этих надо мочить"), Генпрокуратура переправляет обращение в ФСБ, а чекисты, в свою очередь, не обнаруживают в этой ситуации никакого преступления. "Реальных оснований полагать, что размещенная на нем [на сайте – C.C.] информация будет востребована лицами, склонными к совершению преступлений; что ее распространение через данный веб-сайт создает реальную угрозу жизни и здоровью упомянутых лиц и повлечет за собой совершение насильственных действий в отношении них – не имеется". ФСБ благородно взяла на себя ответственность за благополучие всех, кто упомянут в "черном списке". Велика ли цена этой гарантии?
Я вижу, как проницательные читатели машут руками: конечно же, это риторический вопрос! Но если вы, дорогие мои, уверены, что с ФСБ и Генпрокуратурой все понятно, то как насчет нашего собственного отношения к роли государства в регулировании Интернета? Половина посетителей HRO.org, принявших участие в очередном опросе, согласна с радикальной позицией, что Интернет должен быть и оставаться "неприкосновенной зоной". Многие эксперты, однако, убеждены, что сеть не может быть пространством, свободным от действия каких бы то ни было законов. В комментариях главы "Банкфакса", прошедшего через жернова российского правосудия, вообще сквозит откровенный пессимизм: мол, хотя мы одержали локальную победу, государство неизбежно будет контролировать сеть, и "китайский вариант" развития России обеспечен. С одной стороны, мы жалуемся на притеснения со стороны правоохранительных органов и критикуем чиновников, которые пытаются наставить в Интернете новые "рогатки", пользуясь законодательством об экстремизме и общемировой борьбой с этим явлением. (Помните "карикатурный скандал"?) С другой стороны, мы обращаемся к тем же государевым людям в синих мундирах и серых костюмах с требованием защитить добропорядочных граждан от экстремистов. Полный разброд в мыслях, вам не кажется?
"Указанный веб-сайт в среде членов экстремистских группировок практически не известен, в число пользующихся среди них популярностью интернет-ресурсов не входит, предназначен для весьма узкого круга осведомленных о его существовании лиц, – пишут эксперты ФСБ об опубликованном списке "врагов русского народа". – Поводом к росту его известности стало лишь широкое освещение факта его существования членами антифашистских общественных движений".
Тут я склонен согласиться с ФСБ. Бывают ситуации, когда, как ни парадоксально, антифашистские, либеральные и правозащитные организации создают своим оппонентам наилучший пиар. Доселе никому не известная, прозябающая далеко за пределами России страничка "истинно русских патриотов – любителей Майн Кампф" оказывается в центре общественного внимания. Крупные общественные организации, известные политики вдруг начинают требовать: "Закройте ее!" – "Кого?" – "Да вот ее". Вспомните взлом сайта Московской Хельсинкской группы в 2005 году. Правозащитники не замедлили появиться в СМИ с возмущенными комментариями, обеспечив известность карликовой нацистской группировке. После этого события московские активисты собрались было принять совместное обращение к властям с призывом приструнить онлайновых экстремистов. Понадобились усилия, чтобы убедить коллег не делать этого. Дав известно кому молоток, нельзя быть уверенным, что он будет мастерить что-то полезное, а не прибивать к полу ваши любимые тапочки.
Конец 2006 года ознаменовался новой серией откровений высших российских должностных лиц о необходимости "закрутить гайки" в Интернете. Интересно, чем удивит нас начало следующего, 2007 года.
