Система
гражданской
идентификации

Идентификация личности с помощью средств биометрии
Гражданская идентификация, как выбор гражданской позиции

Книги автора сайта >
Экология общества >
Глава 5. О смерти, о смысле жизни, о лжи, о религии

Но ведь скажут, что коллективное бессмертие человечества безразлично каждому живущему свою жизнь индивидууму. Оттого, что одного муравья сменит другой, такой же муравей, живущему сегодняшним днём и чувствующему существу не легче, а только тоскливей: муравейник станет больше и совершеннее, а его - сегодняшнего муравья - не будет.

Ценнее личное бессмертие. Понимание того, что без личного бессмертия всё теряет смысл, двигало Николаем Фёдоровым, верившим в неизбежность воскресения мёртвых. Иначе, но о том же говорил Ницше. Вечное возвращение.

Если посмотреть изнутри, личное бессмертие достигается тем, что смерти не существует, потому что она за пределами жизни. Это лучше всего выразил Арсений Тарковский: "Я бессмертен, пока я не умер...".

Говорите: "коллективное бессмертие человечества безразлично каждому живущему свою жизнь индивидууму".

1. Неправда, что КАЖДОМУ.

Это зависит от того, как и на что человек настроен, к какой собственной жизненной философии он в процессе своей жизни приходит. А это зависит от множества факторов. И одним из наиболее значимых из них является философия общественная, немаловажную часть которой как раз и составляет религия.

2. Неправда, что индивидууму БЕЗРАЗЛИЧНО коллективное бессмертие человечества.

Не в том смысле неправда, что он живёт только в мыслях об этом, и что только это примиряет его с конечностью его собственной жизни. А в том смысле, что хотя он и умрёт (абсолютно бесспорной является лишь эта истина), но будут жить другие, кто его ещё будет помнить. А если он способен сделать что-то значимое, о нём будут помнить ещё больше людей, и даже ещё и после смерти тех, кто его знал лично. Могут помнить десятилетиями, кого-то веками, а кого-то и тысячелетиями. "Память - преодоление времени, преодоление смерти", Дмитрий Лихачёв. "Память - это оплата за самое дорогое, что отнимают у человека. Памятью природа расквитывается с нами за смерть", Юрий Трифонов.

И, конечно же, для истинных творцов (в любом виде деятельности) это важнейший стимул в их творчестве и в их жизни, вплоть до самопожертвования. Этим они обретают душевное спокойствие, что выше страха смерти. "Трать свою жизнь на то, что переживёт тебя", Б.Форбс. Если бы не было этого, так и не было бы шедевров и высших достижений в искусстве, в литературе, в науке, да даже и в политике и в государственной деятельности.

Творение может пережить творца:
Творец уйдёт природой побеждённый,
Однако образ им запечатлённый,
Веками будет согревать сердца.
(Микеланджело)

Что это, как не пример веры в коллективное бессмертие?

Если же у человека нет стремления творить, оставлять для людей результаты своих трудов, тогда человек перестаёт быть Человеком. "Если у человека нет цели, то жизнь его есть не что иное, как продолжительная смерть", Пьер Буаст.

Есть ведь ещё и такой вариант - человек становится разрушителем. Это когда его жизненная "философия" заставляет его искать спасение от страха смерти в самой смерти. Наиболее наглядный пример - Герострат (Клеон: "Твое имя будет забыто", Герострат: "Нет! Теперь оно останется в веках" - из пьесы Григория Горина "Забыть Герострата"). Во многом при совершении многих терактов, именно комплекс Герострата играл немаловажную роль для их исполнителей, обрекающих на смерть и себя.

Так что вот вам ещё и такой пример веры в коллективное бессмертие.

Эта вера есть. Задача в том, как её выправить, сделать её конструктивной. Для этого надо и к Новой Вере, и к критике существующих религий заведомо подходить с нормальных и гуманных рационалистских, позитивистских позиций. Оставшиеся же нам с прошлых тысячелетий "духовные" учения на самом-то деле лишь используют наш страх перед смертью, ещё более культивируют его. И так веками, из поколения в поколение. Надо ли удивляться тому, каковы мы есть, каково наше общество, и почему мы не становимся лучше? Только Новая Вера, Новое Духовное Учение, основной идеей которых является бессмертие не индивида, а сообщества СУЩЕСТВ РАЗУМНЫХ, может спасти нас и цивилизацию.

Личного же физического бессмертия отдельного индивида не существует. И его НЕ ДОЛЖНО И БЫТЬ, как бы мы о нём не мечтали и не надеялись на то, что оно будет достигнуто. Это не только против естественных законов природы (на победу над которыми надеяться-то вроде как и можно), это (что даже более важно) ПРОТИВ ЗАКОНОВ СУЩЕСТВОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ ВСЕГО СУЩЕГО.

"Достаточно ну просто чуть-чуть подумать о том, что это такое - вечная жизнь, чтобы прийти в ужас или испытать беспросветно тоскливое чувство. Быть обречённым на вечность (что бы это ни значило) в чём-то страшнее, чем быть обречённым на смерть. Хотя в чём-то и заманчивей. Но в любом случае в идее вечности есть какое-то недоразумение. Может быть, потому, что рождается она не от ума, а от жаждущей жизни плоти и безумного в своем эгоизме и завистливости ума?" (Атеистические мысли о жизни и смерти, Валерий Кувакин). "Всё печально, что катится мимо, всё банально, что вечно живёт", Булат Окуджава.

Человек, уверовав в Бога, заботится лишь о спасении самого себя, своей души. У него нет заботы о спасении других людей, всего человечества (примеры подвижничества не в счёт, стремление к служению людям определяется не религиозностью, если же церковники утверждают обратное - это лишь очередной пример их лицемерия). Это эгоизм, эгоизм высшей степени. "Можно вести людей куда хочешь, искусно сочетая страх и надежду", Пьер Буаст.

Именно предстоящая неизбежная смерть делает человека Творцом, и именно поэтому-то и возможно существование и развитие цивилизации. Смерть является условием продолжения жизни, её развития, "вечная" жизнь - это угасание жизни. Это и есть Основной Закон Природы.

Но поскольку лишь какая-то часть действий и помыслов человека определяются его разумом, а всё остальное - это от животной натуры, ему плевать на мировые законы. Животный страх смерти загоняет его в любую подвернувшуюся нору. Он готов поверить и в возможность достижения бессмертия, и в воскрешение всех когда-то живших, и в загробную жизнь, и в реинкарнацию, да во что угодно, лишь бы заглушить, подавить этот страх. Например, жить по принципу - "гуляй, единова живём!" - девки, яхты, ванны из шампанского. Это кто денег дуриком отхватил. Или, как сказала одна бомжиха - "хоть бы пьяной-то умереть". Тут другая забота - а вдруг в этот момент денег-то и не окажется. И загульный миллиардер, и бомжиха - все перед смертью равны. Только Творец побеждает смерть.

- Да не о смерти этот миллиардер думает когда он с девками на яхте ванну из шампанского принимает. Он живёт своими животными инстинктами, у него и философии-то никакой нет.

- О смерти человек не может не думать. И философия у этого разгуляя своя есть. Он как бы спорит с богами и с неизбежностью - да, я умру, но зато и у жизни успею урвать всё, что смогу. Или словами той бомжихи - помру, так пьяный.

Помните, женщина из Уфы миллион долларов в лотерею выиграла, с мужем пили несколько лет не просыхая, тоже по принципу - умереть пьяной. Так таки и умерла от тропической язвы - сожгла себя водкой. После её смерти её муж на вопрос: "Если бы вы начинали жизнь с чистого листа и опять выиграли миллион, как бы теперь распорядились деньгами?", ответил: "Я ничего не стал бы менять. Поймите, я не жалею, что так прожил жизнь. С чистого листа бы не начал. Да и Надя была счастлива только в последние годы...".

Это, конечно, крайние случаи понимания такого "счастья" как спасение от неизбежности смерти.

А Золотой Телец? Как во времена Моисея он людей от бога отворачивал, так оно и сейчас. Да ещё и в большей степени! И что же, наши "духовные учения" за тысячи лет так нас ничему и не научили? А потому, что они и не призваны учить, создавались и служат лишь для помощи нашим пастырям и власть предержащим держать нас в покорности, к ним в подчинении - "противящийся власти противится Божию установлению... ибо начальник есть Божий слуга".

И Золотого Тельца религия не отменяет. "Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение, утаил из цены, с ведома и жены своей, а некоторую часть принёс и положил к ногам Апостолов. Но Пётр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твоё мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твоё ли было, и приобретённое продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоём? Ты солгал не человекам, а Богу. Услышав сии слова, Анания пал бездыханен; и великий страх объял всех, слышавших это. И встав, юноши приготовили его к погребению и, вынеся, похоронили. Часа через три после сего пришла и жена его, не зная о случившемся. Пётр же спросил её: скажи мне, за столько ли продали вы землю? Она сказала: да, за столько. Но Пётр сказал ей: что это согласились вы искусить Духа Господня? вот, входят в двери погребавшие мужа твоего; и тебя вынесут. Вдруг она упала у ног его и испустила дух. И юноши, войдя, нашли её мертвою и, вынеся, похоронили подле мужа её. И великий страх объял всю церковь и всех слышавших это" (Деяния святых Апостолов, 5:1-11). Священность положения денег к ногам апостолов закреплялась великим страхом смерти.

Посмотрите на великолепие и богатство храмов. Богу ли это надо? Выходит, что мы, грешные, в Его помыслах равняем Его под себя? Или это слугам Господним нужно, чтобы их "офисы", которые они называют Храмом Божьим, соответствовали их, этих "слуг", значимости? За последние 20 лет сколько по России храмов понастроено, и что - мы стали лучше? На какие деньги эти храмы построены? Сколько за это время детей умерло, не успевших дождаться сбора средств на проведение необходимой для их спасения операции? Похвалил ли бы нас Господь за такое к нему радение? Что же это, получается, что религия утверждает в общественной морали стяжательство и роскошь?

"Пастырь, проповедующий, что все люди братья, в итоге стрижёт шерсть с большого стада", Вильгельм Швебель; "Множество жертвенников требует множества жрецов; а множество жрецов требует множества жертв", Пифагор; "Алтарь перестаёт быть алтарём, коль иссякают жертвоприношения", Хуана Инес де ла Крус.

Буквально на днях Григорий Грабовой был осужден на 11 лет лишения свободы по статье мошенничество - брал у убитых горем матерей по 39 тысяч за "воскресение" их детей, погибших в результате теракта в Беслане. О его "деятельности" пишут: "Он придумал страшную уловку с "воскрешением", цинично эксплуатируя человеческое горе. Страдания, которые переживают люди, потеряв близкого человека, Грабовой продлевает на годы. "Твой близкий уже воскрес, поэтому ходи ко мне на семинары, плати денежки, покупай книги и вглядывайся в лица прохожих - твой близкий когда-нибудь среди них появится", - Грабовой очень прочно держит людей на этом крючке".

Скажите, во многом ли это отличается от "духовных учений", религий, эксплуатирующих наш страх смерти, нежелание уходить в небытиё. Религия - это мошенничество, благословлённое и поддерживаемое теми, кто в каком-либо виде имеет от него какую-то пользу.

- Вы ранее сказали: "Ритуальность в религии вполне естественно становится основной её частью. Всё стремится к минимизации, в том числе, и в приложении душевных усилий". Надел, мол, крестик, в церковь сходил, назвал себя верующим, а то так и на храм пожертвовал - и ты теперь тоже с Богом. Не приживётся Новая Вера именно по этой причине - не будет ни литургических предметов, ни ритуальных обрядов, через что в религиях вроде как общение с Богом происходит.

- В религии для многих вся душевная работа сводится к соблюдению и выполнению некоего набора ритуальных действий и положений. Общение с Богом, получение успокоения осуществляются через эти ритуалы довольно-таки просто, значит - заманчиво. Можно осознавать, что это обман, или ощущать это подсознательно, но это принимается, так человеку легче. Да и вообще, наше сознание, наши действия и поступки во многом ритуализированы. Это относится не только к исполнению религиозных обрядов, а по жизни вообще. Соблюдение неких положений, каким-либо образом предписываемых для каких-то ситуаций - это очень удобно, поскольку порядок твоих действий ритуалом уже определён, надо только этому порядку следовать. Кроме того - выполнение простейших ритуальных предписаний как бы снижает необходимость в совершении действий, в принятии каких-то решений, требующих приложения душевных усилий. "Религия должна учить верить, а не размышлять" (Наполеон I); "Всякой религии грозит опасность окаменеть, превратиться в привычку - хотя без ритуала, привычки религия невозможна", Томас Элиот.

Мне один знакомый как-то сказал: "В церкви очень много материального, что, кстати, входит в противоречие с самой идеей (на фига Богу свечка?)".

Действительно! На фига Богу свечка, на фига крестик? Или, например, вставание на колени, рукой перекреститься? Или молитвы? Это же всё люди сами для себя ритуалы придумали, в одних религиях - одни, в других - другие. У всех, почему-то разные, хотя Всевышний один. Это же не для Бога придумано, для себя. Ведь никто не знает о Его вкусах. Может, Ему это всё вовсе и не нравится. А куда денешься? Пока терпит... Религиозная ритуализация во многом напоминает парады геев, о которых мы с вами говорили. Надо, видите ли, так верить, чтобы об этом все знали и видели - с крестным ходом и со звоном колоколов. Настоящее моление - это публичное, в церкви. Ранее, если кто в церковь не ходил, крестик не носил, за человека нехорошего считался ("креста на тебе нет!"). Такая вот "духовность", "разговор с Богом", всё только через церковь, через предписанные ею ритуалы, иначе - "не в счёт"...

Религиозные люди обычно ищут и жаждут какого-либо подтверждения наличию Бога, какого-либо и в чём-либо его проявления. Вера-то верой, но хотелось бы, видите ли, и понадёжней удостовериться. Когда умер старец Зосима ("Братья Карамазовы") и от него, как и от любого усопшего, стал исходить "тлетворный дух", и миряне, и в монастыре стали говорить: "Знать, суд-то Божий не то, что человеческий". Почитали при жизни чуть не за святого, а тут вот что... "...Стало быть, тут никто как Бог и нарочитый перст его. Указать хотел. Суждение сие поражало неотразимо". Ученики же и любимцы старца в защиту памяти его приводили свои доводы об "указании" Господнем, но того же плана: "...что не догмат же какой в православии сия необходимость нетления телес праведников, а лишь мнение, и что в самых даже православных странах, на Афоне например, духом нетленным не столь смущаются, и не нетление телесное считается там главным признаком прославления спасённых, а цвет костей их, когда телеса их полежат уже многие годы в земле и даже истлеют в ней, "и если обрящутся кости желты, как воск, то вот и главнейший знак, что прославил Господь усопшего праведного; если же не желты, а черны обрящутся, то значит не удостоил такого Господь славы".

Насчёт того, как быть с Новой Верой... Никакой обман, никакие упрощения и замена её сути какими-то ритуальными действиями в новое учение закладываться не должны. Пусть это будет именно Духовным Учением Здравого Смысла. И совсем не надо, чтобы оно, как религия, готово было "ответить" на все наши вопросы (кошка в Библии ни разу не поминается, значит, к ней другое отношение, чем к собаке; в Новом Завете нет ни одного высказывания Иисуса против смертной казни, значит, он не против неё и т.д.). Сила духовного учения должна быть не в неизменности и незыблемости религиозных догматов, а в способности развиваться.

К вашему же опасению о невозможности массового принятия Нового Духовного Учения из-за потери в нём какой-либо ритуальности, следует добавить, что не будет ритуальности, не будет и особого института (то есть - Церкви) для отправления религиозных обрядов. А может, такого Института не должно и быть?.. Наверное, должно быть так, что созданием Учения Здравого Смысла, его развитием должно заниматься всё общество, а не каста жрецов. Только такой путь поиска Истины может помочь нам уйти ото лжи и лицемерия и в нашей духовной жизни, и в жизни вообще. Как это будет происходить - жизнь покажет.

- Были ли попытки создать какие-либо подобные учения? Может, такие учения и сейчас есть?

- Попытки исправить недостатки существующих религий были всегда. Ни христианская, ни мусульманская религия не являются однородными. А такое направление в христианстве, как протестантизм - так это как раз одна из наиболее наглядных попыток приблизить религию к жизни, сделать её "религией без Бога", только как нравственное учение. Недавно в романе "Даниэль Штайн, переводчик" Людмилы Улицкой прочитал о бахаизме, число последователей которого в настоящее время в мире - несколько сот тысяч человек:

"Бахаисты считают, что их религия впитала в себя всё лучшее из иудаизма, ислама и христианства. Суть учения выражается словами "Земля есть одна страна, и все люди - граждане этой страны". Представляют интерес некоторые из основных заповедей бахаизма: единый Бог, единая религия, единство человечества, неуклонное правдоискательство, гармония между наукой и религией, отказ от предубеждений, догм и суеверий".

Хотя в бахаизме и остаётся "чудесное", это всё же несколько ближе к Учению Здравого Смысла. Но, вообще-то, это в чистом виде экуменизм. Туда, кстати, ещё и из буддизма что-то взято. В религиоведении о бахаизме пишут так: "В бахаизме нет профессиональных служителей культа. Вероучение бахаизма есть составная часть общего учения, включающего в себя также очень важные для бахаистов социальные и нравственные идеи".

- Такой вопрос. Церковники могут предъявить вам претензии в том, что не являясь теологом или религиоведом, вы берётесь судить о религии.

- Действительно, хотя я религией и интересуюсь, назвать себя здесь специалистом, конечно, не могу. Для того, чтобы вести теологический спор, моих познаний явно недостаточно. Но используем некоторую аналогию. Человек болен какой-то болезнью. Принимает из года в год некое лекарство. Оно ему не помогает, состояние его лишь ухудшается. Может ли он говорить о неэффективности назначенного ему когда-то, каким-то лекарем средства? Да и лекарем ли был тот, кто это снадобье прописал? Я, кстати, не об Иисусе говорю, а о тех, кто его учение прилаживал к обществу "в практических целях".

Правильно будет, если человек будет пытаться и о лекаре побольше узнать, и отслеживать состояние своего здоровья, не верить на слово чьим-то заверениям о безусловной полезности прописанного ему средства. А ведь он не является специалистом, допустим, в медицине или в фармакологии.

Общество - это тот же пациент. Духовное учение - это для него то же лекарство. Оно может быть безвредным, но и бесполезным, может помогать пациенту, а может и наносить ему вред, или менять своё воздействие на обратное по ходу течения болезни. И я, как член общества, в прямом виде или опосредованно вынужденный принимать это лекарство - религию, и право имею, и должен давать оценку его эффективности, его вредности или полезности.

Вот что о религии, и не только о ней, надо сказать. Учение Иисуса и религия – это совершенно разные вещи. Это всё равно, что сравнивать коммунистическую идею с попыткой её воплощения, имевшей место в 20-м веке. Собственно, как и с любой подобной попыткой, которая, не дай Бог, в будущем может случиться. "Воплощать" такую идею – значит, её убивать. Такая идея должна сама воплощаться путём развития, совершенствования, эволюции общества. Поэтому я, например, за коммунистическую идею, но против компартии, какая она сейчас есть, так же, как я могу что-то принять из учения Иисуса, но категорически против религии. И если уж зашёл разговор о компартии, то её, как таковой, вообще не должно быть. Партия – это стремление к власти. Людям же с коммунистической, гуманистической идеологией быть у власти негоже. Они должны объединяться в какое-то движение, сообщество, обязательно и заведомо ставящее себя в положение оппозиции к власти, главного и ответственного её критика.

- Ваши слова: "И только Творец побеждает смерть". Ну, ладно - творец работает на бессмертье. А что же тогда делать "Ване-трактористу"? Утешаться тем, что 40 лет пахал одно и то же поле?..

- Думаю, очень уж большой разницы не будет. Больше талантов и способностей - больше возможностей, но выше и потребность, необходимость в самореализации. И сейчас ведь в религии порой одинаково ищут спасения и Ваня-тракторист, и художник, творец... Так же и Новая Вера будет спасением для всех одинаково. Может, Ваня-тракторист ещё и большую, чем какой-то художник свою причастность к спасению человечества почувствует и увидит - его трудами кормится много других людей, таких же спасителей человечества.

Знаете, стоит, пожалуй, рассказать вам о моих встречах с "костлявой". Очень уж большим уходом от нашей темы это не будет, но добавит в неё и в наш разговор некоторые личные жизненные ощущения.

Начну с давнего случая. Год, наверное, 1965. Мы с моим товарищем отдыхали в доме отдыха в зимние каникулы (учились с ним в железнодорожном техникуме). Его отец взял для нас у себя на работе путёвку в ведомственный дом отдыха на местном озере Увильды. Путёвка была одна на 24 дня, и мы по ней вдвоём пробыли там 12 дней, как раз наши каникулы.

За лесом была видна заснеженная сопка. Решили дойти до неё, скатиться сверху на лыжах. По дороге у товарища одна лыжа сломалась, он идти на сопку не смог. А на меня нашло какое-то упрямство - раз планировали, пойду хоть один.

До сопки дошёл когда уже начинало смеркаться. Сейчас не могу вспомнить - поднялся я на неё хоть сколько-то (до самого верха уж точно не смог бы), или благоразумия хватило развернуться и поскорей поспешить обратно. Но вот обратную дорогу помню буквально во всех деталях.

Стемнело быстро, облачность низкая, звёзд не видно, никаких ориентиров. Как найти дорогу назад? Спасало то, что по дороге на сопку я не пересёк ни одной лыжни, да и вообще лес был, можно сказать, первозданный. Обратную дорогу можно было найти только по своей же лыжне. Кое-как она то ли просматривалась, то ли угадывалась. Хуже всего было, когда она проходила через лесные опушки. Мягкий, выпавший недавно снег был там выдут ветром, снежный покров в виде твёрдого наста, лыжня на нём не образовывалась, он был совершенно гладкий. Я наугад пересекал опушку, садился на четвереньки и начинал руками ощупывать снег. Двигался вдоль края поляны, пока не нащупывал лыжню. Не находил, двигаясь в одну сторону, начинал искать, двигаясь в другую.

Это одни из самых страшных моментов - боялся, что лыжню могу просто-таки не найти. И физически, и психологически был вымотан до предела. В каком-то месте свалился в небольшую ямку, действительно небольшая - около метра в диаметре, и с полметра глубиной. Но упал так, что сам внизу, а ноги с лыжами наверху. Лыжи как-то перепутались, не могу расцепить. Силы на исходе. Отчаяние, переходящее в апатию. Желания бороться больше уже нет.

Решил, что всё - лучше и легче замёрзнуть. Пролежал так минут, наверное, пять. Или десять... Пятнадцать... Не знаю... Хорошо, что не заснул - не потянуло в сон. Полежал, силы, видимо, восстановились, нервы поуспокоились. Стал шевелиться, с лыжами как-то разобрался, из ямки выбрался. Так вот всё же и дошёл.

Повлиял ли на меня как-то этот случай, на моё отношение к жизни, к смерти? Не знаю... Мне ведь тогда и 17-ти не было. Но что-то, вероятно, осталось.

Случай второй. В 1989 году меня положили в неврологическое отделение городской больницы. Настояла моя жена. О проведении всестороннего обследования договорилась тёща - она кандидат медицинских наук, была тогда доцентом на кафедре госпитальной терапии. Дело в том, что у меня лет уже как пять начала при ходьбе подволакиваться правая нога. Жена с тёщей забеспокоились и настояли на обследовании. В ходе его стали предположительными два возможных диагноза - воспаление головного мозга и аневризма соединительной артерии.

Лежал на обследовании больше месяца. За это время ездили с женой в Екатеринбург (тогда он Свердловском назывался) на компьютерную томографию (в Челябинске компьютерного томографа тогда ещё не было). Диагноз воспаления головного мозга был снят. После этого уже в Челябинске прошёл ангиографию сосудов головного мозга (болезненная процедура, несколько схожа с той, что проделывают с героем фильма Милоша Формана "Пролетая над гнездом кукушки"). Диагноз аневризмы подтвердился. Практически - это смертельный диагноз. Аневризма может в любой момент лопнуть - и кровоизлияние в мозг. После процедуры ангиографии жена звонит мне на следующий день по телефону (ходить-то я мог, подошёл к телефону на пост медсестры) и не могла удержаться от рыданий.

Что тут сказалось - имевшийся ли уже опыт встреч с "костлявой", или ещё что, но я как-то без какой-либо особой паники встретил это теперешнее своё положение (здесь надо будет кое-что к рассказу добавить, сделаю это несколько позднее).

Меня, когда выписывали, предупреждали, чтобы не делал никакой физической работы с напряжением - например, в наклон или, наоборот - что-либо наверху. А за мной дома была недоработка - куплена, но не повешена оконная гардина. Как-то жена пошла куда-то с нашими дочерьми. Я остался дома один. И вот на меня нашло "шизо" - со мной что случится, а эта недоработка за мной так и останется. Взял дрель, залез на табуретку, просверлил три отверстия, вбил капроновые дюбеля, вкрутил шурупы, повесил гардину.

Почему-то не помню реакции жены - ругала она меня или плакала, когда с дочерьми вернулась домой и увидела этот мой "трудовой подвиг". Не запомнилось это, возможно, потому, что в психологическом плане я был не совсем всё же в нормальном состоянии.

Через пару месяцев меня выписали на работу, иначе должны бы комиссовать. Да и, в общем-то, я же так-то был вполне трудоспособен, тем более - для кабинетной работы.

У меня были хорошие отношения с генералом Статкусом Владимиром Францевичем (начальник одного из подразделений в МВД СССР по нашей, криминалистической линии работы). Я с ним созвонился. Он говорит: если сумеете организовать письмо от начальника областного УВД на имя министра, я попробую обратиться к нему с этим письмом о выделении денежных средств на проведение операции в Израиле или в Германии. Тогда была перестройка и действительно появилась возможность поднимать подобные вопросы. И случаи их решения бывали. Письмо министру было подготовлено и подписано начальником нашего УВД. Мне была организована командировка в Москву.

Поездка решала три задачи:

- чисто рабочий, служебный момент по моему изобретению - участие в очередном семинаре в МВД по проблемам автоматизации дактилоскопических учётов;

- встреча со Статкусом и передача ему письма для подписания министром;

- нашими нейрохирургами мне было дано направление на проведение обследования в клинике им. Бурденко - надо было там побывать и обследоваться.

Я привёз с собой туда снимки ангиографического исследования, проведённого в Челябинске, прошёл там доплерометрию. Профессор Фёдоров диагноз аневризмы мне снял(!!) - показал на снимках, объяснил в чём была причина ошибки наших нейрохирургов.

Потом, через несколько лет я прошёл томографическое обследование с использованием магнитно-ядерного резонанса. Была выявлена аномалия развития ответвлений кровеносных сосудов от левой восходящей артерии. Это не смертельно, такие аномалии встречаются. Сошлись на том, что причина подволакивания ноги - эта аномалия.

Вам я эту историю излагаю в кратком виде, а вообще-то, в ней было немало интересных моментов. Например, по сути дела, фальсификация результатов обследования с целью сокрытия врачебной ошибки. Ангиографические обследования я проходил дважды. Первым обследованием наличие аневризмы не было установлено. Ошибка была в том, что она и в принципе-то не могла быть выявлена, если бы даже и имелась, т.к. обследование было произведено неправильно. Когда это выяснилось, было проведено повторное обследование, в другой клинике. Там была допущена другая ошибка - выявлено то, чего на самом деле не было.

Три месяца под смертельным диагнозом - это вторая моя встреча с костлявой.

Случай третий - 2001 год, 29 июня. Мы (я, жена и старшая дочь) ехали из Магнитогорска в Челябинск. У меня тогда были "Жигули", 6-я модель. Асфальт сухой, видимость отличная, машин мало. На одном участке передо мной был КАМАЗ с полуприцепом. Небольшой спуск и было хорошо видно, что дальше впереди, справа на обочине стоит большая машина (оказалось - самосвал "Урал", гружёный щебнем). КАМАЗ катится впереди, дорожная обстановка позволяет мне опережать его по второму ряду. Он едет, километров 70 в час, мы - около 90. Смотрю - он начинает принимать несколько влево. Подумал, что он подстраховывается на случай, если водитель стоящего на обочине "Урала" будет вылазить из кабины. КАМАЗ с прицепом длинный - мне из-за него "Урал" не виден. Тоже принимаю несколько влево - всё довольно штатно.

Вдруг КАМАЗ начинает снижать скорость. И впереди него за сколько-то десятков метров появляется "Урал", двигающийся налево поперёк нашему движению. КАМАЗ успел остановиться буквально в 1-2 метрах от "Урала" - колёса пошли уже юзом. Водителю КАМАЗА ситуация была видна, он тормозить начал раньше. Мне полностью остановить машину не удалось. Но к моменту столкновения скорость была минимальной - не более, пожалуй, 5 км. Урал тоже тормозил, и у него скорость была, наверное, не больше. И удар-то был не так уж и силён - хотя кузов Жигулей был раскурочен сильно. Мы с дочерью (она сидела сзади) отделались, можно сказать, без единой царапины.

Всё обошлось бы и с женой, если бы это был не "Урал", а какая-то машина с более плоским передом - тот же КАМАЗ. У "Урала" спереди выступает бампер, как раз на уровне головы человека, сидящего в легковой машине. Удар бампера пришёлся в голову моей жены. Она скончалась буквально через несколько минут.

Будь наша суммарная скорость при столкновении несколько выше - мы могли погибнуть бы все. Всё решали какие-то секунды, доли секунд.

Водителя "Урала" судили, дали четыре года - был совершенно трезв, неожиданный выезд с обочины поперёк движения по трассе объясняет тем, что "скрутило живот" и он решил съехать в ближайший карьер, на дорогу не посмотрел.

Его жена работает учительницей в сельской школе - получает копейки. Двое малолетних детей. На суде судья меня спрашивает: я обязана вас спросить о том, считаете ли вы необходимым, чтобы срок наказания был с лишением свободы, или условным. А перед этим, в перерыв, ко мне подходила его жена, я видел, что она убита всем этим горем. Я ответил судье, что его теперь хоть расстреляй - жену всё равно не вернёшь. А у него семья, дети. От жёсткости наказания никому лучше не станет. Пусть будет наказание условным.

Единственное, что я попросил - это лишить его водительских прав как можно на более длительный срок. Сказал, что вчера ехал на автобусе в Магнитогорск и только на небольшом участке (в пределах вашего района) и только с одной стороны дороги насчитал более десятка условных памятников, обозначающих место чьей-то гибели. Если учесть, что такие памятники ставят далеко не все, то эту дорогу надо назвать "дорогой смерти". И виновато в этих смертях чьё-то ротозейство или тупое, дикое ухарство.

Около года был в глубочайшей депрессии. Антидепрессанты принимал пачками. Спасение пришло в том, что почти через год встретил очень хорошую женщину. Вот уже пять лет, как мы с ней живём очень счастливо.

И теперь ещё один, крайне важный для меня момент. Это уже не о встрече с "костлявой", но совершенно к вопросу об отношении к конечности человеческой жизни.

В 1987 году я сделал изобретение метода математического описания папиллярных узоров, мы с вами уже говорили о том, как мне приходилось несколько лет воевать за возможность реализации своего изобретения. Только к концу 1989 года этот вопрос стал решаться. И только в марте 1990 года был заключен договор с одним из предприятий в Челябинской области на изготовление действующего макета автоматизированной дактилоскопической системы. С этого момента началось создание отечественных АДИС.

Сопоставьте даты:

1) метод я изобрёл в 1987 году, в конце 1989 началась проясняться возможность его реализации, весной 1990 эта работа началась;

2) осенью 1989 года я лёг на обследование, в начале января 1990 мне поставлен диагноз с аневризмой, снятый только в марте.

То есть, как раз этот период - для меня довольно страшный, был для моего дела наиболее ответственным. А может, он и не был для меня таким уж страшным потому, что я болел своим делом, старался успеть сделать всё, чтобы процесс создания дактилоскопической системы стал необратимым. Я это сделал.

И в дальнейшем было так же. Какой бы ни был этап в моей жизни (например, написание и издание в 1995 году документальной повести "Система", написание и издание в 2003 году книги "Система гражданской идентификации", её доработка и переиздание в 2005 году и т.д., не говоря уж о непосредственной работе по реализации моего изобретения - на это вообще ушли годы), я всегда думал - только бы сейчас со мной ничего не случилось (то же, например, ДТП, несчастный случай, болезнь и т.д.) до того, как я какой-то очередной, важный для меня этап завершу.

Ощущение не зря прожитой жизни (не в смысле получения от неё всех удовольствий, а в смысле - что-то оставить после себя) очень хорошо примеряет с неизбежностью её завершения.